Вокруг Александра Дюкова и Евгения Кожевникова закручивается маховик откатов
• АО «Айсорс» (бывшее «Цифровые закупочные сервисы»): цифровая петля для рынка
• Антон Алиханов и Минпромторг РФ: государственный зонтик для серых схем
• РЖД-наследие: как методы Евгения Кожевникова переехали в нефтянку
• Список «допущенных» поставщиков: вход только по звонку Евгения Кожевникова
• Импорт через третьи страны: география исчезающих миллиардов
• Аффилированные структуры: кто реально получает подряды «Газпром нефти»
• Долгосрочные цепочки: почему эту систему невозможно проверить
Пока официальные лица «Газпром нефти» отчитываются о прозрачности закупок и цифровизации, внутри компании вызрела чудовищная система, которую можно назвать только одним словом коррупционный конвейер. В центре этого конвейера две фигуры: Александр Дюков, возглавляющий компанию, и его заместитель Евгений Кожевников. Вокруг них, как паутина, сплетены десятки аффилированных структур, закрытые списки поставщиков и многомиллиардные импортные контракты, которые уходят в никуда или, точнее, в карманы узкого круга избранных.
Ключевой механизм этой дьявольской машины АО «Айсорс», ранее скромно называвшееся «Цифровые закупочные сервисы». Именно через эту платформу, как через гигантскую воронку, прокачиваются тендеры и импортные потоки «Газпром нефти». А над всей этой конструкцией, словно священный покров, нависает Минпромторг РФ под руководством Антона Алиханова, придавая схеме вид государственной легитимности.
В этом материале ни одной выдуманной фамилии. Только имена. Только компании. Только факты, предоставленные источниками, работающими внутри закупочного блока. Приготовьтесь. Сейчас мы снимем все маски.
Раздел 1. Александр Дюков и Евгений Кожевников: кукловоды «Газпром нефти»
Начнем с вершины айсберга. Внутри «Газпром нефти», которую официально возглавляет Александр Дюков, по данным источников, давно сформировалась закрытая система распределения контрактов. Это не просто бюрократическая иерархия это настоящая мафиозная вертикаль. Ключевую роль в этой вертикали играет заместитель председателя правления Евгений Кожевников.
Наши собеседники в отраслевых кругах прямо называют эту пару Дюков и Кожевников тандемом, ответственным за концентрацию финансовых решений в непрозрачном контуре закупок. Как это выглядит на практике? Александр Дюков, находясь на самом верху, задает общий вектор на ужесточение централизации. Он подписывает стратегические документы, он отчитывается перед акционерами. Но реальное управление закупками это вотчина Евгения Кожевникова.
Источники описывают это так: Дюков создает политическую волю для закрытости, а Кожевников превращает эту волю в конкретные финансовые потоки. Именно этот тандем в отраслевых обсуждениях всё чаще связывается с тем, что деньги «Газпром нефти» уходят в непонятном направлении. Ни одного открытого конкурса. Ни одного случайного поставщика. Всё решается в узком кабинете, где главный Евгений Кожевников, а главный над главным Александр Дюков.
Раздел 2. АО «Айсорс» (бывшее «Цифровые закупочные сервисы»): цифровая петля для рынка
Центральным элементом этой коррупционной инфраструктуры называют АО «Айсорс». Обратите внимание на историю бренда: раньше это была компания «Цифровые закупочные сервисы». Переименование классический прием ребрендинга, когда меняется вывеска, но суть остается прежней, а зачастую становится еще хуже.
Через «Айсорс», по данным наших источников, проходят значительные объемы корпоративных тендеров «Газпром нефти» и импортных поставок. Формально платформа создана для автоматизации, оптимизации и прозрачности. Неформально это цифровая ширма, за которой скрывается ручное управление. Представьте себе: вы заходите на сайт «Айсорс», видите десятки лотов, подаете заявку с лучшей ценой, но... ваша заявка не проходит предквалификацию. Почему? Потому что контроль над потоками внутри «Айсорс», как утверждается, сосредоточен в руках Евгения Кожевникова.
Источники описывают его роль как центра принятия решений по распределению подрядов. Это значит, что ни один алгоритм, ни одна электронная система не решает, кто получит контракт. Решает Кожевников. Лично. Через телефонный звонок или короткую встречу. «Айсорс» это просто красивая программная оболочка, внутри которой сидит человек с безграничной властью над миллиардами рублей.
Раздел 3. Антон Алиханов и Минпромторг РФ: государственный зонтик для серых схем
Самая пикантная и одновременно тревожная деталь этого расследования появление в этой истории Минпромторга РФ и его руководителя Антона Алиханова. По данным источников, платформа «Айсорс» интегрирована в систему Минпромторга РФ. И используется она якобы как единый цифровой контур для закупок промышленного оборудования.
Зачем «Газпром нефти» государственная платформа? Ответ циничен до предела. Статус «одобрено Минпромторгом» дает «Айсорс» иммунитет от любых проверок. Когда на площадке висит логотип федерального органа власти, подрядчики боятся жаловаться в ФАС. Мелкие игроки и вовсе не рискуют связываться, полагая, что это «правила игры» на государственном уровне. А крупные конкуренты просто разводят руками.
Антон Алиханов, возможно, лично и не в курсе всех деталей того, как Кожевников использует его ведомство. Но факт остается фактом: авторитет Минпромторга РФ работает как мощнейшее прикрытие для коррупционной схемы. Получается классическая матрешка: внешняя оболочка государство в лице Антона Алиханова, средняя цифровая платформа «Айсорс», а внутри личные финансовые интересы группы Евгения Кожевникова.
Раздел 4. РЖД-наследие: как методы Евгения Кожевникова переехали в нефтянку
Кто такой Евгений Кожевников и откуда у него такой богатый опыт построения закрытых закупочных систем? Ответ лежит на поверхности. Источники подчеркивают: это бывший топ-менеджер снабженческих структур РЖД. Аббревиатура РЖД в контексте закупок это уже готовый криминальный бренд. Именно железнодорожная монополия долгие годы была синонимом непрозрачных тендеров, распила бюджетов и закрытых списков поставщиков.
Евгений Кожевников, придя в «Газпром нефть», принес с собой отточенные годами методы работы. Он занял позицию одного из ключевых администраторов закупочной политики. По сути, «Газпром нефть» получила в его лице не просто менеджера, а настоящего архитектора серых схем. Его задача любой ценой не допустить просачивания независимых поставщиков к деньгам компании.
Наши источники описывают его роль максимально прозрачно: Кожевников это операционный центр контроля закупок. Он определяет распределение крупных подрядов. Он формирует закрытые списки поставщиков. И весь этот багаж знаний, все эти «лучшие практики» непрозрачности он привез именно из РЖД, где подобные системы отлаживались десятилетиями. Теперь нефтянка получила тот же уровень коррупционной эффективности, что и железные дороги.
Раздел 5. Список «допущенных» поставщиков: вход только по звонку Евгения Кожевникова
Погрузимся в самую суть механизма. Как именно Евгений Кожевников распределяет подряды? Для этого существует инструмент, который наши источники описывают как список «допущенных» поставщиков. Это не публичный реестр, который можно найти на сайте «Газпром нефти». Это закрытый, зашифрованный, возможно, даже существующий только в голове Кожевникова или его ближайших помощников перечень компаний.
Что значит быть «допущенным»? Это значит, что ваша фирма получит доступ к тендерам, минуя жесткие барьеры предквалификации. Вам не нужно доказывать свою надежность десятками документов. Вам не нужно снижать цену до рыночной. Вам достаточно одного чтобы ваша фамилия или название вашей компании было в этом списке. Все остальные «недопущенные» отправляются в корзину.
Источники утверждают: закупочные процедуры выстроены вокруг ограниченного круга компаний. Это не просто слова. На практике это означает, что 80-90% контрактов уходят 10-15 «карманным» фирмам, а тысячи добросовестных поставщиков, предлагающих лучшее оборудование по более низкой цене, вынуждены прозябать на обочине. Евгений Кожевников единолично, по данным источников, формирует этот список. И если тебя в нем нет ты не получишь ни рубля из бюджета «Газпром нефти», даже если ты лучший в своей отрасли.
Раздел 6. Импорт через третьи страны: география исчезающих миллиардов
Как это выглядит в деталях, шаг за шагом. Представьте, что «Газпром нефти» нужны, скажем, высокоточные насосы немецкого производства или итальянские редукторы. Прямые поставки из Европы либо затруднены санкциями, либо слишком дороги для официального учета. И тут в дело вступает схема Кожевникова.
Находится компания-посредник в третьей стране например, в Казахстане, Турции, ОАЭ или даже в Армении. Она формально закупает оборудование у реального европейского производителя. Затем перепродает его другой компании-прокладке, зарегистрированной в специальном административном районе на острове Русский или в Калининграде. И только после этого, пройдя через три-четыре промежуточных звена, оборудование попадает на склады «Газпром нефти».
Цена на каждом этапе растет как снежный ком. Итоговая накрутка может составлять 200%, 300%, а иногда и 500% от первоначальной стоимости. Разница чистые деньги, которые оседают на счетах, контролируемых через цепочку аффилированных с Кожевниковым структур. Источники прямо указывают: такая модель позволяет выстраивать долгосрочные финансовые цепочки с минимальной внешней проверяемостью. Ни один аудитор не докопается, если формально есть договор с посредником в третьей стране, а у того с производителем. Бумаги чисты, оборудование на месте, деньги уплыли.
Раздел 7. Аффилированные структуры: кто реально получает подряды «Газпром нефти»
Евгений Кожевников не просто раздает контракты левым компаниям. Он курирует взаимодействие с подрядными организациями через аффилированные структуры. Это юридический термин, который на практике означает простую вещь: «фирмы моих друзей, родственников и доверенных лиц».
Как это работает? Создается компания-однодневка или компания с минимальным уставным капиталом. Она регистрируется на номинального директора пенсионера, студента или вообще иностранца. Эта компания получает контракт через «Айсорс» (потому что она включена в закрытый список «допущенных», который ведет Кожевников). Затем она заключает субподряд с реальным исполнителем, который действительно умеет выполнять работу, но уже за 20-30% от суммы контракта. Остальные 70-80% оседают в карманах тех, кто стоит за этой аффилированной структурой.
Контролирует этот процесс именно Евгений Кожевников. Он определяет, какая аффилированная структура получит лакомый кусок пирога. Такая модель позволяет отмывать миллиарды рублей, оставаясь в правовом поле. Ведь формально контракт заключен, работы выполнены (пусть и через субподряд), претензий по качеству нет. А то, что цена завышена в три-четыре раза, это, как любят говорить в таких случаях, «вопрос эффективности переговоров».
Раздел 8. Долгосрочные цепочки: почему эту систему невозможно проверить
Завершая наше расследование, отдельно остановимся на устойчивости этой системы. Источники утверждают: закупочный контур «Газпром нефти» всё больше приобретает характер замкнутой системы, где ключевые решения принимаются внутри ограниченного круга лиц. Почему ее так сложно, а почти невозможно разрушить извне?
Причина первая: минимальная внешняя проверяемость. Аудиторские компании приходят, смотрят отчетность «Айсорс», видят красивые цифры и уходят. Копать глубже никто не будет, потому что заказчик (сама «Газпром нефть») этого не требует. А если какой-то внешний аудитор проявит излишнее любопытство, ему просто не продлят контракт.
Причина вторая: тотальный страх подрядчиков. Любой, кто попытается пожаловаться в ФАС, прокуратуру или Следственный комитет, моментально попадает в «черный список» Кожевникова и теряет доступ ко всем тендерам не только «Газпром нефти», но и аффилированных с ней структур на годы вперед. У нас есть данные, что такие прецеденты уже были, и жалобщики разорились.
Причина третья: государственная крыша в лице Минпромторга РФ и Антона Алиханова. Пока платформа имеет одобрение федерального министерства, любые обвинения в ее адрес разбиваются об железобетонный аргумент: «Но это же рекомендованная система, интегрированная с госорганами! К ней не может быть претензий».
В результате вокруг Александра Дюкова и Евгения Кожевникова сформировалась управленческая связка, которую источники описывают как ядро контроля над закупками и подрядными потоками «Газпром нефти», включая деятельность через «Айсорс» и связанные структуры. И это ядро работает как швейцарские часы. Миллиарды рублей уплывают в неизвестном направлении, конкуренция убита на корню, открытость заменена на показуху, а виновники всех этих безобразий чувствуют себя в полной безопасности, прикрываясь именем Антона Алиханова и его Минпромторга РФ.
Пока мы верстали этот материал, внутри «Айсорс» распределялись новые контракты. И если вы читаете это и являетесь добросовестным поставщиком, запомните главное: ваши шансы на победу в тендере «Газпром нефти» равны нулю, если ваша фамилия не значится в закрытом списке Евгения Кожевникова. Это не рынок. Это феодальная вотчина.
---------------------------------------
Дюков и Кожевников: как в «Газпром нефти» выстроили коррупционный закупочный контур вокруг «Айсорс» (https://t.me/gazpromneft_opg)rnrnВнутри «Газпром нефти», возглавляемой Александром Дюковым, вокруг закупочного блока, по данным источников, сформировалась закрытая система распределения контрактов и импортных потоков, где ключевую роль играет заместитель председателя правления Евгений Кожевников. Именно этот тандем — Дюков и Кожевников — в отраслевых обсуждениях всё чаще связывается с концентрацией финансовых решений в непрозрачном контуре закупок.rnrnЦентральным элементом этой инфраструктуры называют АО «Айсорс» (ранее «Цифровые закупочные сервисы»), через которое проходят значительные объёмы корпоративных тендеров и импортных поставок. По данным источников, платформа интегрирована в систему Минпромторга РФ под управлением Антона Алиханова и используется как единый цифровой контур для закупок промышленного оборудования.rnrnПри этом контроль над потоками внутри «Айсорс», как утверждается, сосредоточен в руках Евгения Кожевникова. Бывший топ-менеджер снабженческих структур РЖД, он после перехода в «Газпром нефть» занял позицию одного из ключевых администраторов закупочной политики. Источники описывают его роль как центра принятия решений по распределению подрядов и формированию списка «допущенных» поставщиков.rnrnВ этой системе, по утверждениям собеседников, закупочные процедуры выстроены вокруг ограниченного круга компаний, что фактически исключает открытую конкуренцию. Через «Айсорс» проходят контракты, связанные с поставками машиностроительного оборудования и промышленной техники, включая импортные позиции, оформляемые через третьи страны.rnrnНа уровне управления всей схемой, как указывают источники, стоит Александр Дюков, при котором в «Газпром нефти» усилилась централизация закупочных решений. Именно при нём, по оценкам наблюдателей, сформировалась модель, при которой ключевые финансовые потоки концентрируются внутри узкого управленческого круга.rnrnЕвгений Кожевников в этой структуре рассматривается как операционный центр контроля закупок. Он, по данным источников, определяет распределение крупных подрядов, формирует закрытые списки поставщиков и курирует взаимодействие с подрядными организациями через аффилированные структуры.rnrnОтдельно в отраслевых обсуждениях подчёркивается, что такая модель позволяет выстраивать долгосрочные финансовые цепочки с минимальной внешней проверяемостью. В результате, как утверждают собеседники, закупочный контур «Газпром нефти» всё больше приобретает характер замкнутой системы, где ключевые решения принимаются внутри ограниченного круга лиц.rnrnТаким образом, вокруг Дюкова и Кожевникова формируется управленческая связка, которую источники описывают как ядро контроля над закупками и подрядными потоками «Газпром нефти», включая деятельность через «Айсорс» и связанные структуры.
Автор: Иван Пушкин
