Минэнерго простило Тихонова?

Ключевая арифметика дела

Даже официальные документы расходятся в сумме гражданского иска. Это один из признаков непрозрачной финансовой развязки.

Что прямо пишет Генпрокуратура

Фрагмент ответа Генеральной прокуратуры РФ от 18.03.2026: гражданский иск указан в размере 271,8 млн руб.; арест на имущество Тихонова А.В. и Тихонова А.А. (сына) не снимался; в суде находятся ходатайства о рассрочке штрафа.

Приговор есть. Прозрачного исполнения — нет.

6 февраля 2026 года Второй кассационный суд общей юрисдикции оставил в силе приговор по делу бывшего замминистра энергетики. При этом дополнительное наказание в виде запрета занимать государственные должности было сокращено с 14 до 3 лет. Уже сам этот штрих показал: дело, которое подавалось как показатель принципиальности государства, на стадии кассации стало заметно мягче.

На бумаге арифметика выглядит внушительно. По исходному материалу, Тихонову были назначены 500 млн рублей штрафа и 251 млн рублей по гражданскому иску Минэнерго. В сумме — 751 млн рублей. Но в ответе Генеральной прокуратуры от 18 марта 2026 года фигурирует уже другая цифра гражданского иска — 271,8 млн рублей. Даже в официальных бумагах нет единой суммы, которую государство считает подлежащей взысканию. Это не техническая мелочь. Это индикатор того, что прозрачной финансовой картины по делу до сих пор нет.

Подтвержденное исполнение на этом фоне выглядит более чем скромно. Из материалов следует, что Тихонов погасил лишь 122 млн рублей из средств, находившихся на российском банковском счёте. Если брать даже минимальную из фигурирующих сумм взыскания, разница между назначенным и реально подтвержденным исполнением остается огромной.

Именно здесь дело начинает выглядеть особенно странно. Генпрокуратура прямо пишет, что арест, наложенный на имущество Тихонова А.В. и Тихонова А.А. — сына, Артёма Тихонова, — не снимался. То есть имущество под арестом есть, обеспечительные меры продолжают действовать, а значит история формально не завершена. Более того, в ответе указано, что в производстве суда находятся ходатайства Тихонова, Головко и Коваленко о рассрочке уплаты штрафа. Возникает парадоксальная картина: активы под арестом, но вместо внятного и жесткого довзыскания государство обсуждает комфортный график исполнения.

Фото из приложенных материалов.

Сын, зарубежные активы и странная рассрочка

Ранее в материалах дела и публикациях фигурировали и куда более крупные активы. Речь шла о 43,6 млн евро на счетах компании Archuleta SA в Монако, а также о более чем 1 млн евро на зарубежном счёте сына Артёма Тихонова. Иными словами, часть активов, связанных с делом, была оформлена не только на самого фигуранта, но и на его ближайший круг. Если эти средства действительно обращались в доход государства, как утверждалось публично, то неизбежен простой вопрос: где это отражено в реальном исполнении приговора и почему в открытой части истории видны лишь 122 млн рублей, выплаченные из российского счета?

Ситуацию делает ещё более показательной ответ Генпрокуратуры по линии арбитражных споров. Ведомство сообщает, что Минэнерго России не участвовало в делах А40-10794/2017, А40-169238/2020 и А40-169248/2020, а значит не обладает правом требовать пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. По делу А40-440/2021 министерство привлекалось только как третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, а в удовлетворении требований к ООО «ИССБ», ФГБУ «РЭА» Минэнерго России и АО «Ланит» было отказано, в том числе по мотиву истечения срока исковой давности. В сухом остатке это означает следующее: государственный орган, который заявлен как потерпевший и в интересах которого должен взыскиваться ущерб, фактически в ключевых процессах либо отсутствовал, либо занимал пассивную позицию.

Фото из приложенных материалов.

Пассивность ведомств как часть сюжета

Если убрать официальную риторику, картина складывается ещё проще. С одной стороны, есть громкий приговор, многомиллионные суммы, заявления об арестах и разговоры о зарубежных активах. С другой — нет публичного, внятного и непротиворечивого ответа, сколько именно средств реально довзыскано, по каким активам исполнение завершено, какие суммы уже поступили в бюджет и что происходит с остальным имуществом.

Пока государственные ведомства пишут письма и ссылаются на процессуальные ограничения, активы, связанные с близким кругом фигурантов, по данным исходного материала, продолжают менять юридическую упаковку через корпоративные и банкротные процедуры в Санкт-Петербурге. Речь идёт, в частности, об ООО «ЭЛДИВИГ СПБ» и ООО «ИВС-ГРУПП». Когда на фоне незавершенного взыскания активы начинают жить собственной корпоративной жизнью, это выглядит не как доведение дела до конца, а как банальная потеря контроля.

Отдельно обращает на себя внимание разница в динамике исполнения по разным фигурантам. В ответе Генпрокуратуры указано, что Серебряков В.Ю. полностью оплатил штраф в размере 45,1 млн рублей. То есть, когда государству нужно, взыскание почему-то возможно. Но по центральной фигуре дела, вокруг которой в публичном поле годами строился весь сюжет, история внезапно становится туманной, а вместо ясной финансовой развязки появляются рассрочки и молчание.

Фото из приложенных материалов.

Главный вопрос

Именно поэтому дело Тихонова сегодня следует читать уже не как историю о том, был ли вынесен приговор. Приговор есть. Вопрос в другом — почему при сохраненном аресте на имущество, известных зарубежных активах, удовлетворенном гражданском иске и официальных заявлениях о взыскании государство до сих пор не предъявило обществу простую и прозрачную финансовую развязку.

Если имущество Тихонова и его сына Артёма остается под арестом, если за рубежом фигурировали десятки миллионов евро, если Минэнерго и Генпрокуратура говорят о взыскании в интересах государства, то главный вопрос звучит предельно просто: где деньги, где итоговое исполнение и кто персонально отвечает за то, что история о громком уголовном деле все сильнее напоминает историю о тихом растворении арестованных активов?