Я психолог, и эмоциональный интеллект разрушает вашу жизнь: почему «осознанность» может стать тюрьмой
Что происходит, когда вы так хорошо читаете эмоции, что забываете их проживать — и почему самые эмоционально развитые люди часто оказываются самыми несчастными
— Я больше не могу просто быть, — сказала она мне, и слёзы текли по её лицу. — Я всё время анализирую. Почему я это чувствую? Что за этим стоит? Какая детская травма сейчас сработала? Какой у меня включился тип привязанности? Я уже даже грустить не могу, не превращая это в психологический проект.
Она была терапевтом. Очень эмоционально развитым человеком. Она мгновенно считывала атмосферу в комнате, понимала сложные отношения между людьми и могла точно назвать почти любое своё чувство.
Кстати, если вы в поиске идей для отпуска или просто следите за хорошими предложениями, у Clubok Travel часто появляются интересные варианты и полезные советы для путешествий.
И она была совершенно истощена.
— Раньше я могла просто разозлиться и потом отпустить, — продолжала она. — А теперь мне нужно понять эту злость, прожить её, разобраться, что она мне сообщает, записать всё в дневник и обсудить с терапевтом. И к тому моменту, когда я заканчиваю анализировать, я уже даже не злюсь. Я просто устала.
Вот что мне хотелось ей сказать:
«Ваш эмоциональный интеллект превратился в навязчивость. Вы сделали из каждого чувства данные, которые нужно обработать. Вы настолько интеллектуализировали эмоции, что потеряли доступ к непосредственному переживанию. И именно это делает вас несчастной».
Но я этого не сказал.
Потому что эмоциональный интеллект у нас не принято ставить под сомнение. Его принято считать безусловным благом. Навыком, который всем нужно развивать.
Но есть правда, о которой почти никто не говорит: у эмоционального интеллекта есть тёмная сторона.
И люди, которые развивают его сильнее всего — терапевты, коучи, специалисты помогающих профессий, а также те, кто в детстве вынужден был считывать настроение родителей ради собственной безопасности, — часто платят за это огромную цену.
Эмоциональный интеллект — способность распознавать, понимать и регулировать эмоции, свои и чужие — стали активно прославлять с 1990-х годов, после того как Дэниел Гоулман популяризировал этот термин.
И да, это действительно ценный навык. Люди с высоким эмоциональным интеллектом лучше ориентируются в социальных ситуациях, мягче проходят конфликты и тоньше понимают динамику отношений.
Но вот о чём литература об эмоциональном интеллекте почти не говорит: о психологической нагрузке постоянного эмоционального осознавания и управления.
Вот что я часто вижу у своих клиентов с самым высоким эмоциональным интеллектом.
Они не могут просто почувствовать что-то, не начав тут же это разбирать.
Не могут поссориться, не анализируя динамику конфликта.
Не могут испытать реакцию, не пытаясь выяснить, откуда она взялась.
Каждая эмоция превращается не в переживание, а в задачу, которую нужно решить.
Одна клиентка описала это так:
— Я могу спорить с партнёром, но вместо того чтобы просто быть в этом споре, половина моего мозга комментирует происходящее: «Заметь, ты начинаешь защищаться. Это твоя травма покинутости. Он, вероятно, чувствует, что его не слышат. Это попытка установить контакт, замаскированная под критику». Я так занята анализом взаимодействия, что фактически уже не участвую в самом взаимодействии.
Такая метакогнитивная осознанность — способность наблюдать за собственными психическими процессами — вроде бы должна помогать.
И иногда она действительно помогает.
Но когда она становится постоянной, внутри появляется раскол: есть «я, которое переживает», и есть «я, которое наблюдает».
И наблюдающее «я» часто захватывает всю власть, не оставляя места прямому опыту.
Высокий эмоциональный интеллект означает, что вы постоянно «читаете комнату».
Кому неловко?
Кто расстроен?
Кому нужна поддержка?
Что осталось невысказанным?
Какое напряжение скрыто под поверхностью?
Это называется эмоциональным трудом — работой по считыванию, регулированию и реагированию на эмоции других людей.
Исследования социолога Арли Хохшильд об эмоциональном труде показывают: это действительно выматывает. Такая работа требует постоянного внимания, регулирования собственных эмоций ради адекватной реакции на чужие, а часто ещё и подавления своих настоящих реакций.
Люди с высоким эмоциональным интеллектом делают это постоянно.
На работе.
В отношениях.
В обычном общении.
Именно они сглаживают напряжение, посредничают в конфликтах, замечают, кому плохо, и стараются, чтобы всем было комфортно.
И постепенно выгорают.
Умение глубоко понимать чувства других людей звучит как дар.
Иногда это действительно дар.
Но это также означает, что вы впитываете чужую боль, чувствуете чужое страдание и не всегда можете провести границу между их эмоциями и своими.
Психолог Пол Блум в своих работах об эмпатии говорит, что эмпатия, особенно эмоциональная, когда вы буквально чувствуете то же, что чувствует другой человек, может быть вредной. Она ведёт к выгоранию, усталости от сострадания и решениям, основанным не на реальной пользе, а на эмоциональном возбуждении.
У меня были клиенты, которые говорили, что чужие эмоции их буквально раздавливают.
Они не могут смотреть новости, не испытывая настоящую скорбь за незнакомых людей.
Не могут поговорить с другом, которому плохо, не забрав его боль себе.
Они впитывают эмоциональное страдание как губки.
Это уже не сострадание.
Это перегрузка.
Когда вас считают «эмоционально развитым» человеком, появляется давление: вы всегда должны быть собранным, мудрым, спокойным, понимающим.
Вы не можете иметь некрасивые чувства.
Не можете быть реактивным, мелочным, иррационально злым.
Не можете развалиться.
Не можете хотя бы временно оказаться эмоционально некомпетентным.
Вы должны одновременно демонстрировать идеальную эмоциональную зрелость и при этом «аутентично проживать чувства».
Это противоречие само по себе выматывает.
Одна моя клиентка-терапевт сказала:
— Мои клиенты думают, что у меня всё в порядке, потому что я помогаю им разбираться с их жизнью. Друзья считают, что я всегда спокойна, потому что в кризисе я хорошо держусь. Все ждут, что я буду эмоционально зрелой. Я не могу просто иногда быть развалиной. Я даже не могу просто не знать, что чувствую.
Перформанс эмоционального интеллекта становится ещё одной ношей.
Вот что я вижу в своей практике, и именно поэтому меня всё больше тревожит безоговорочное прославление эмоционального интеллекта.
У меня была клиентка, которая не могла посмотреть фильм, не анализируя мотивацию персонажей, их типы привязанности и эмоциональные арки.
Не могла заниматься сексом, не думая о том, что это говорит об интимности и близости.
Не могла выйти на прогулку, не отслеживая, какие чувства поднимаются и почему.
Это уже не эмоциональный интеллект.
Это эмоциональная интеллектуализация — использование анализа как защиты от прямого переживания.
Она развила эту способность в детстве, когда жила в хаотичной семье, где понимание родительских настроений было вопросом выживания. Умение считывать эмоциональные нюансы помогало ей оставаться в безопасности.
Но в 35 лет, уже в стабильной жизни, постоянный анализ делал её несчастной.
Она потеряла способность просто переживать жизнь, не превращая её в психологические данные.
Один мужчина пришёл в терапию, потому что жена сказала, что он «слишком удобный».
Он гордился своим эмоциональным интеллектом. Он чувствовал, когда жена расстроена, заранее корректировал своё поведение, сглаживал конфликты до того, как они успевали разгореться.
Но проблема была в том, что он настолько сосредоточился на управлении её эмоциями, что полностью потерял связь со своими.
Он не знал, чего хочет.
Не знал, что ему нужно.
Не знал, что чувствует.
Потому что вся его эмоциональная энергия уходила на то, чтобы читать её состояние и реагировать на него.
Психологи назвали бы это созависимостью.
Но в более мягких формах это часто хвалят как «эмоциональную настроенность».
Этот паттерн я особенно часто вижу у женщин и у людей, которых с детства приучали быть заботливыми.
Они настолько хорошо развили эмоциональную регуляцию, что больше не могут получить доступ к «негативным» эмоциям, например к злости.
Они могут интеллектуально понимать, почему должны злиться.
Могут объяснить, что их границы нарушили.
Могут сказать: «Да, это было несправедливо».
Но почувствовать саму злость — не могут.
Вместо неё приходит грусть, тревога или онемение.
Потому что они научились регулировать гнев ещё до того, как он успевает сформироваться.
Это не эмоциональный интеллект.
Это подавление эмоций, переодетое в утончённость.
Терапевты.
Социальные работники.
Сиделки.
Специалисты помогающих профессий, которые развили высокий эмоциональный интеллект именно для того, чтобы помогать другим.
Они приходят в терапию полностью опустошёнными.
Они отдали столько эмоциональной энергии на понимание, удерживание и обработку чужой боли, что у них ничего не осталось для себя.
Исследования усталости от сострадания и вторичной травматизации показывают: это реальное и измеримое явление. Высокая эмпатия и эмоциональная настроенность повышают риск выгорания у специалистов помогающих профессий.
Те самые навыки, которые делают их хорошими профессионалами, разрушают их собственное благополучие.
Эмоциональный интеллект обычно подают как безусловное благо. Но исследования показывают более сложную картину.
Исследование 2014 года, опубликованное в журнале Emotion, показало, что люди с высоким эмоциональным интеллектом лучше умеют манипулировать другими. Они хорошо считывают эмоциональные сигналы и понимают, что именно нужно сказать или сделать, чтобы вызвать нужную реакцию.
Особенно это касается людей, у которых хорошо развита эмоциональная перцепция — способность читать чужие эмоции, — но при этом низкий уровень эмпатии.
Они используют эмоциональный интеллект стратегически, а не с сочувствием.
Конечно, не каждый человек с высоким эмоциональным интеллектом манипулятор.
Но сам навык можно превратить в оружие.
Исследования организационного психолога Алисии Гранди показывают, что работа, требующая высокого эмоционального труда, когда человек должен регулировать свои эмоции и управлять чужими, повышает риск эмоционального истощения и выгорания.
Чем выше ваш эмоциональный интеллект, тем чаще эта работа оказывается на вас.
И тем дороже она вам обходится.
Исследования различают полезную саморефлексию и вредную руминацию.
Саморефлексия — это продуктивное изучение своих чувств и паттернов.
Руминация — это повторяющееся, бесплодное прокручивание одного и того же.
Люди с высоким эмоциональным интеллектом часто переходят в руминацию, называя её «осознанностью».
Они бесконечно анализируют свои чувства, но не приходят ни к решению, ни к действию.
Исследования показывают, что руминация связана с депрессией и тревожностью.
Сто раз повторённый вопрос «почему я это чувствую?» — это уже не инсайт.
Это ловушка.
Некоторые исследования находят связи между эмоциональным интеллектом и чертами так называемой Тёмной триады: нарциссизмом, макиавеллизмом и психопатией. Особенно речь идёт о способности распознавать и понимать эмоции без реального сочувствия к ним.
Некоторые люди развивают эмоциональный интеллект именно для того, чтобы эффективнее использовать других.
Для них эмоции — это не переживания, которые нужно уважать, а информация, которой можно манипулировать.
Вот что очень важно понять: для многих людей высокий эмоциональный интеллект — не навык, который они осознанно развивали.
Это адаптация к выживанию.
Если вы выросли с родителем, чьё настроение было нестабильным и непредсказуемым — из-за алкоголизма, психического расстройства или просто эмоциональной неустойчивости, — вы учились читать эмоциональные сигналы ради безопасности.
Вы могли понять по звуку закрывающейся двери машины, каким был день у отца: нормальным или таким, после которого лучше спрятаться.
Вы могли читать лицо матери, чтобы понять, можно ли сейчас о чём-то попросить.
Эта гипернастороженность к чужим эмоциям помогала вам выжить в детстве.
Но во взрослом возрасте она не выключается сама по себе.
Вы всё ещё сканируете настроение каждого.
Всё ещё пытаетесь управлять чужими эмоциями, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Всё ещё не можете расслабиться, потому что ваша нервная система постоянно отслеживает угрозы.
Исследования эмоциональной парентификации в детстве, когда ребёнок берёт на себя ответственность за эмоции родителей, показывают: такой опыт может предсказывать высокий эмоциональный интеллект, но также тревожность, депрессию и трудности в отношениях во взрослом возрасте.
Люди из маргинализированных групп часто развивают высокий эмоциональный интеллект не потому, что хотят, а потому что вынуждены.
Женщины учатся читать настроение мужчин ради безопасности.
Люди другой расы или этнической группы учатся управлять хрупкостью большинства.
ЛГБТК+ люди учатся считывать враждебность ещё до того, как она станет явной.
Это выживание.
Но это также истощает.
Исследования так называемого меньшинственного стресса показывают, что постоянная настороженность, необходимая для жизни в предвзятой среде, наносит серьёзный психологический урон: хронический стресс, тревожность, депрессию и проблемы с физическим здоровьем.
Ваш эмоциональный интеллект — не просто навык.
Это броня, которую вы не можете снять.
Терапевты, социальные работники, медсёстры, учителя — люди, выбирающие профессии, где нужен высокий эмоциональный интеллект, часто идут туда потому, что эти навыки у них уже давно развиты.
Многие из нас стали терапевтами, потому что в детстве уже были «семейными терапевтами».
Мы учились понимать сложные эмоции, мирить людей и эмоционально заботиться о других.
Потом мы сделали это профессией.
И теперь выгораем, потому что так и не научились, что в личной жизни мы не обязаны продолжать делать ту же работу.
Когда вы самый эмоционально развитый человек в отношениях, происходит несколько вещей.
Вашему партнёру не нужно делать эмоциональную работу в отношениях, потому что вы уже её делаете.
Вашим друзьям не нужно спрашивать, как вы, потому что вы всегда спрашиваете первыми.
Вашей семье не нужно разбираться с конфликтами, потому что вы их сглаживаете.
Ваш эмоциональный интеллект позволяет другим оставаться эмоционально ленивыми.
А потом вы начинаете злиться.
Но сказать об этом трудно, потому что вы же должны быть понимающим и зрелым человеком.
Если вы прекрасно формулируете чужие потребности, но плохо отстаиваете свои, угадайте, чьи потребности будут удовлетворены?
Вы понимаете, почему партнёр устал, и даёте ему поблажку.
Вы видите, почему друг отдалился, и даёте ему пространство.
Вы понимаете, почему родитель критикует, и стараетесь не принимать это на свой счёт.
Но никто не делает то же самое для вас.
Потому что с вами всё нормально.
Вы всегда в порядке.
Вы же эмоционально зрелый человек.
Если есть напряжение, вы должны его обозначить.
Если кто-то расстроен, вы должны понять почему и исправить.
Если отношения переживают трудности, именно вы должны их чинить.
Потому что у вас есть навыки.
Значит, вы, очевидно, должны их использовать.
Но это означает, что всю работу по поддержанию отношений делаете вы, пока остальные просто едут пассажирами.
Долго так не выдержать.
Все остальные могут срываться, быть иррациональными, нуждаться в поддержке.
Вы — нет.
Потому что если развалитесь вы, кто будет держать всё вместе?
Ваш эмоциональный интеллект превратил вас в несущую конструкцию в жизнях других людей.
И вы не можете перестать держать нагрузку, потому что кажется: если вы отпустите, всё рухнет.
Вот что я наблюдаю у своих клиентов с самым высоким эмоциональным интеллектом.
Они одиноки.
Даже если вокруг много людей.
Даже если они глубоко чувствуют внутреннюю жизнь других.
Они одиноки, потому что никто не знает их так, как они знают других.
Никто не делает работу по пониманию их так, как они делают эту работу для всех остальных.
Они постоянно дают и редко получают.
Не обязательно потому, что люди их не любят. А потому, что они стали настолько компетентными в эмоциональном самоуправлении, что никто уже не замечает: им тоже что-то нужно.
Они устали.
Постоянное считывание, управление, анализ, регулирование — это не прекращается. Даже отдых не ощущается отдыхом, потому что они всё равно продолжают наблюдать и контролировать.
И они в ловушке.
Потому что если они остановятся — перестанут анализировать, перестанут управлять чужими эмоциями, перестанут быть «самыми зрелыми» — кто они тогда будут?
Что станет с их отношениями?
Как они будут чувствовать себя в безопасности?
Эмоциональный интеллект, который когда-то помогал адаптироваться, превратился в тюрьму.
Если вы узнали себя в этом описании, если ваш эмоциональный интеллект больше истощает, чем поддерживает, вот что может помочь.
Иногда намеренно будьте менее эмоционально «продвинутыми».
Не анализируйте чувство.
Просто почувствуйте его.
Не сглаживайте неловкость.
Пусть будет неловко.
Не объясняйте себя идеально.
Будьте неясными, живыми, немного неуклюжими.
Не управляйте комфортом всех вокруг.
Позвольте людям чувствовать дискомфорт.
Сначала это будет пугать. Ваша нервная система будет кричать, что что-то не так.
Но вы будете учить себя: чтобы быть в безопасности, не обязательно быть эмоционально безупречным.
Пусть партнёр сам разберётся, почему он расстроен, без вашего анализа за него.
Пусть друг сам заметит, что вам тяжело, а не только получает от вас идеально сформулированный отчёт.
Пусть в отношениях иногда будет напряжение, не бросайтесь тут же его чинить.
Вы не отвечаете за эмоциональное благополучие всех вокруг.
Даже если у вас есть навыки помочь.
Самосознание спрашивает: «Что я чувствую?»
Замечает ответ.
И движется дальше.
Руминация спрашивает: «Почему я это чувствую? Что это значит? Откуда это взялось?» — и крутит это бесконечно, без выхода и решения.
Если вы анализируете одно и то же чувство больше десяти минут, скорее всего, вы уже не занимаетесь осознанностью.
Вы застряли в руминации.
Можно быть эмпатичным и при этом не впитывать чужие эмоции.
Можно понимать человека и не брать на себя ответственность за его спасение.
Можно заботиться и не сгорать.
Это требует практики:
«Я вижу, что тебе больно. Ты мне важен. Но я не буду нести это вместо тебя».
Делайте то, что обходит анализ:
движение и физическая активность, потому что тело не интеллектуализирует;
творчество без обязательного смысла;
сенсорные переживания — вкус, прикосновение, звук, присутствие.
Учитесь быть в теле, а не в голове, которая бесконечно анализирует тело.
Культура терапии часто исходит из идеи, что чем больше самопонимания, тем лучше.
Но иногда это не так.
Иногда вам не нужно глубже понимать чувство.
Вам нужно просто почувствовать его и дать ему пройти.
Иногда вам не нужен инсайт о том, почему вы расстроены.
Вам нужно просто побыть расстроенным какое-то время.
Больше анализа — не всегда ответ.
Когда ко мне приходят люди с высоким эмоциональным интеллектом, измученные собственной осознанностью, я говорю им примерно следующее:
Ваш эмоциональный интеллект был адаптивным, когда вы его развили. Но то, что когда-то помогало выжить, сейчас может быть бременем.
Вам не обязательно понимать каждое своё чувство. Вам разрешено просто чувствовать.
Быть эмоционально развитым не значит выполнять эмоциональную работу за всех вокруг.
Цель не в том, чтобы стать менее эмоционально умным. Цель в том, чтобы использовать этот навык выборочно, а не compulsively, не навязчиво.
Вы не обязаны быть терапевтом для всех.
Даже для себя.
Иногда самое эмоционально зрелое, что вы можете сделать, — это позволить себе быть эмоционально незрелым: реактивным, непонятным, несовершенным.
Вы всю жизнь понимали других.
Возможно, теперь пора позволить другим немного потрудиться, чтобы понять вас.
После многих лет работы с людьми с высоким эмоциональным интеллектом — терапевтами, коучами, заботящимися людьми, теми, кто вырос, считывая настроение родителей, — я верю вот во что.
Эмоциональный интеллект ценен.
Но любая сила, если пользоваться ею чрезмерно, превращается в слабость.
Когда вы не можете перестать анализировать, когда выполняете эмоциональную работу за всех, когда потеряли доступ к прямому переживанию, когда устали от собственной осознанности, ваш эмоциональный интеллект уже не навык.
Он стал навязчивостью.
Решение не в том, чтобы стать эмоционально глупым.
Решение в том, чтобы понять: эмоциональный интеллект должен служить вам, а не запирать вас в клетке.
Вам можно:
чувствовать, не понимая до конца, что именно происходит;
быть в отношениях, где другие тоже делают эмоциональную работу;
иногда разваливаться;
не управлять комфортом всех вокруг;
быть эмоционально неаккуратным, неловким, несовершенным;
просто проживать вещи, не анализируя их.
Ваш эмоциональный интеллект не делает вас ответственным за эмоциональное благополучие каждого человека рядом.
Он не обязывает вас к постоянному самоанализу.
Он не требует, чтобы вы всегда были самым зрелым человеком в комнате.
Иногда самое здоровое, что вы можете сделать, — это положить на землю тяжёлую ношу постоянной эмоциональной осознанности и просто быть.
Несовершенно.
Неровно.
Без анализа.
Это не эмоциональная некомпетентность.
Это свобода.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
