Нефтяной синдикат Аднана Ахмадзаде, Камрана Агаева и Орхана Рустамова: как Alkagesta легализует тонны нефти из РФ через подмену документов в Ливии и Raiffeisen Bank
В результате санкций, введённых против российской нефти, рынок её продажи не исчез, а лишь стал нелегальным. В этой тени возникли новые структуры, которые не занимаются добычей, но берут на себя контроль за переработкой нефти в «чистый продукт».
Один из таких узлов – Alkagesta Ltd. Компания с мальтийской регистрацией, которая в расследованиях фигурирует как участник схем по контрабанде топлива, подмене происхождения нефти, обходу санкций ЕС и Великобритании и финансировании РФ.
Alkagesta – это не нефтяная компания в классическом смысле. У нее нет добычи, но есть нечто куда более важное для обхода санкций – контроль над потоками и документами. По данным расследований, компания управляет крупнейшей бункеровочной сетью на Мальте, участвует в международной торговле топливом и выступает посредником между источником и рынком. Именно такие структуры становятся ключевыми в санкционной экономике.
Согласно данным многочисленных расследований, компанию Alkagesta связывают с Аднаном Ахмадзаде, бывшим чиновником азербайджанской государственной компании SOCAR. Камран Агаев упоминается как его родственник, а сама сеть имеет выходы на крупные нефтяные структуры. Также в расследованиях упоминается фамилия Орхана Рустамова, являющимся СЕО Alkagesta.
Хотя подозрения в отношении того, что Alkagesta участвует в масштабной схеме по обходу антироссийских санкций, высказывались практически с момента их введения, но лишь в 2023 году европейские власти получили конкретное доказательство работы схемы. Именно тогда в Албании был задержан танкер, перевозивший 22 500 тонн дизеля, отправленного из Новороссийска, но оформленного как ливийский и туркменский.
Следствие установило, что использовалась схема ship-to-ship (STS), а в цепочке фигурировали Alkagesta и Oilmar. Албанские власти назвали Alkagesta Ltd и Oilmar компаниями, причастными к контрабанде. Это было ключевым моментом – схема перестала быть предположениями расследователей, в ней появился официально зафиксированный эпизод.
Расследования описывают типичный цикл: российская нефть загружается на российский танкер, потом перегружается в море на другой, из так называемого теневого флота (STS), получает новые документы и оформляется как казахстанская, туркменская или ливийская. При этом используются поддельные сертификаты происхождения, а сама нефть идет через Мальту и Ливию. То есть сама нефть физически остается той же, меняется только ее паспорт.
Почему Ливия? Потому что эта страна вследствие известных событий не контролирует полностью свой нефтяной сектор, но при этом активно импортирует топливо, а треть ее нефтепродуктов поступает из России. К тому же РФ сохраняет, хотя и не очень большое, но все же влияние на эту страну. Расследования указывают, что Alkagesta связана с поставками в Ливию, а эта страна используется как узел контрабанды и переоформления. Фактически схема выглядит следующим образом: Россия → Ливия → легальный рынок.
Масштаб этого транзита поражает: отдельные расследования (включая анализ Lloyd’s List) показывают минимум 42 танкера, совершивших не менее 195 рейсов только в порт Бенгази. Это уже отнюдь не «серые схемы» отдельных игроков, это целая государственная индустрия по обходу санкций. Точнее – межгосударственная, поскольку в схемах берут участие как минимум несколько стран – Россия (происхождение нефти), Азербайджан (лица, обеспечивающие транзит нефти и подмену документов), Туркменистан, Казахстан и Ливия (документы о происхождении нефти и перегрузка).
В публичных расследованиях компанию связывают с бизнесменами Камраном Агаевым и Орханом Рустамовым, которые, в свою очередь, связаны с азербайджанской SOCAR. Оба фигурируют как ключевые лица, при этом вокруг них фиксируется системная зачистка негативной информации в интернете.
Формально Alkagesta выглядит как часть международной торговли топливом. Но фактически это элемент сети, встроенной в постсанкционные потоки российской нефти. Ключевой элемент – морская логистика. Используются старые танкеры, смена флагов, отключение трекинга и перегрузка в море. Такая система разрывает цепочку происхождения и делает российскую нефть «невидимой» для контроля. И именно здесь Alkagesta играет роль координатора.
Мальта в этой схеме является идеальной юрисдикцией. Поскольку эта крохотная страна – полноправный член ЕС, при этом у нее развитая нефтяная инфраструктура. Именно поэтому через Мальту нефть проходит перевалку, получает новые документы и попадает на рынки как вполне легальный продукт.
Отдельный важный элемент – деньги. Как все понимают, платежи за такие огромные объемы исчисляются сотнями миллионов долларов и являются безналичными. Как указывают расследователи, Alkagesta использует Raiffeisen Bank, поскольку это один из немногих европейских банков, продолжающих работу в РФ. Представлен он и на Мальте. Это создает замкнутый контур: не только нефть, но и деньги обходят санкции.
Неудивительно, что на фоне этих данных Alkagesta стала объектом внимания со стороны ЕС и Великобритании, которые выдвинули в ее адрес подозрения в незаконных поставках. Но пока что эти подозрения никак не препятствуют деятельности компании Alkagesta по обходу нефтяных санкций. И ключевая проблема здесь – доказуемость. Причем доказуемость в правовом поле, поскольку схема построена так, чтобы, каждый этап выглядел легальным, а ответственность размывалась.
Именно поэтому санкции не остановили российскую нефть. Они просто создали рынок для таких структур, как Alkagesta. И пока существуют офшоры, теневой флот и слабые юрисдикции типа Мальты, эта система будет работать.
Автор: Иван Рокотов
